Для более полного освещения киргизской борьбы обратимся к работам некоторых исследователей. Доктор исторических наук Г.Н. Симаков в своей монографии «Общественные функции киргизских народных развлечений в конце XIX — начале ХХ в.» пишет: «Объезжая толпу гостей, жарчы (глашатай — Прим. авт.) импровизировал: «Багалектен турушкон, Булчундары узушкон, Эл намысы кетирбей, Букаларча сурушкон, Балтбандыгы Кошойдой, Басмырттыгы ошондой, Балбанын болсо топко сал, Жыгып берсе байгенди ал» («Если у вас есть силач, который может ухватиться за низ штанины, который может сильно схватить и потащить соперника за мускулы, который силен, как хан Кошой, и такой же, как хан Кошой, степенный и важный, который не уронит нарождной славы, если у вас есть такой силач, пусть он выходит на арену состязаний, и если он выиграет поединок, то вы сможете забрать приз»). Под этот речитатив, который часто содержал в себе импровизированные шутки и остроты, под смех и выкрики публики на арене появлялись борцы («балбандар»). Вот как очевидец описывает их схватку:«Не прошло и получаса, как опять все встали в круг и опять глашатай стал выкрикивать, должно быть, что-то очень уж смешное, потому что толпа много хохотала. Наконец вышел киргиз, в самом легком костюме, вызывая на борьбу кого-нибудь. Бронзовое тело его могло служить прекрасной моделью для Геркулеса. Нашелся и противник. Оба стали друг против друга, разминая мускулистые руки. Толпа замерла. Медленно, как кошка, подползающая к добыче, двинулся один из борцов, согнувшись, шагая тихо, едва слышно. Он обошел кругом своего противника, который не спускал с него глаз и был готов предпринять внезапное нападение. Круги становились все меньше, наконец, руки сцепились, головы уперлись лбами. Оба сначала стояли несколько секунд, стараясь покачнуть друг друга, но напрасно. Один сделал усилие, руки соскользнули, другой схватил за плечи — потное тело увернулось. Противники, тяжело дыша, опять разошлись, опять началось подползание (иначе я не могу назвать эти движения).

Еще раз стукнулись лбы, еще раз напряглись мускулы, пошли в ход ноги, которыми борцы хотели свалить друг друга, но опять напрасно. Один из них вцепился в руки своего противника даже ногтями, но тело, как железное, не поддавалось. Вдруг совершенно неожиданно один приподнял другого на воздух, крик торжества вырвался из груди зрителей, но… приподнятый моментально увернулся, схватил за голову противника и грохнул его на землю. Поднялся хохот. Победителя окутали в тулуп и увели».

«Легкий костюм», о котором упоминает автор, представляет собой те же кожаные штаны кандагай, но с очень широкими штанинами (особенно красивыми считались штаны, штанины которых достигали ширины 1-1,5 м). Они надевались поверх кальсон (дамбал). Нижняя часть борцовских штанов (багалек) иногда закручивалась до колен и выше, оставляя открытыми босые ноги. Гашник штанов (ычкыр) делался широким и закручивался вокруг вздежки, сделанной из узкой полоски оленьей кожи, которая туго завязывалась на талии. Сверху плотно завязывался матерчатый кушак или пристегивался кожаный пояс, за которые борцы могли ухватиться. Другой одежды на борцах не было. Исключение составляют случаи, когда борцы выступали в повседневной одежде, однако это были, как правило, борцы невысокого класса, выступавшие на небольших торжествах и по бедности не имевшие специального борцовского костюма. Из приведенного описания Н.В. Сорокина видно, что цель борьбы заключалась в том, чтобы свалить противника на землю. Кроме того, автор отмечает некоторые приемы, которые использовались в киргизской борьбе курош. Это очень распространенный прием чалма («подножка») или, как его еще называли, таргой чалма (букв. — «подножка жаворонка»), который часто выполнялся путем обвива ноги соперника с одновременным толчком в грудь, плечи и т.д., и завершался падением соперника на землю.

В процитированном выше отрывке один из борцов пытался поднять другого в воздух стараясь, по-видимому, осуществить прием под названием тегеретме (букв. -«кружение»). В нем соперника отрывают от земли, а затем начинают быстро вращаться с ним вокруг собственной оси, после чего резким и сильным движением сбрасывают на землю. Иногда этот прием выполнялся иначе: соперника отрывали от земли и вращались с ним, положив его себе на спину, после чего следовал резкий и сильный бросок на землю. Кроме того, один из описанных Н.В. Сорокиным борцов пытался схватить другого за плечи. Подобным захватом или захватом за пояс, выполнялся прием, который описан также П. Рождественским: «Борцы наклоняются друг к другу корпусами и берут друг друга за пояс… Затем один из борцов резким выпадом вперед всего корпуса и одной ноги, становится под противника, наклоняет его на себя и рывком старается перебросить через свою голову».

Как пишет уже упомянутый Г.Н. Симаков, «на арену состязаний борцов выводили «таекчи», которые снимали накинутые на борцов халаты, а во время поединка следили за соблюдением правил. Перед началом борьбы было принято обмениваться рукопожатиями. Победитель в сопровождении секунданта под хвалебные речи «жарчы» один-два раза обходил круг зрителей, выкрикивая уран своего рода. После этого болельщики поднимали борца на руки и уносили с арены состязаний, что было обязательным элементом спортивного ритуала и называлось «балбан которуу» («поднимание силача»). Победивший обязан был протянуть побежденному руку и помочь ему встать. Страшным оскорблением побежденному и его роду считалось, если одержавший верх не только не протягивал сопернику руку, но еще и перешагивал через голову лежащего на земле соперника («баштан аттады»). Следствием такого поведения были ссоры болельщиков, которые часто переходили в драку, а в более ранние времена порой служили поводом к началу военных столкновении» .